написать

Черный Дед Мороз или черный детский юмор

Черный Дед Мороз или черный детский юмор
Стояли с дочкой на вокзале, ждали электричку. Дочке тогда было 6 лет. Рядом с нами скучал поп. Классический батюшка: 2 метра ростом, 3 метра в обхвате, седая борода до груди и огромный крест на шее. Ребёнок мой, открыв рот, внимательно рассматривала невиданное доселе чудо. Обошла пару раз кругом, почесала в затылке. Батюшка взирал на это действо с олимпийским спокойствием. Потом дочка подошла ко мне и спросила:
— Папа! А почему у Деда Мороза одежда чёрная? Снегурочка померла?
Мы с батюшкой дружно упали на скамейку и ржали до приезда электрички. Потом он купил дочке шоколадку и благословил.


Читаю Кире (3 года 10 месяцев) стишок из журнала:
«Рыжий, рыжий, конопатый,
Убил дедушку лопатой.
А если каждый конопат,
Где на всех набрать лопат?»
Здесь «добрая» Кира радостно подсказывает:
— Надо по-очереди бить, значит!


Моя дочка (11 лет) помешана на проверке срока годности на всех продуктах. Доходит до маразма — проверяет в магазине срок годности на банке с кофе и звонит мне из магазина:
— Я на банке с кофе не могу рассмотреть срок годности. Брать?
А мы с папой с утра озверевшие без кофе, хором:
— Брать, — кричим.
Она:
— Ну, пеняйте тогда на себя.
Сегодня папа достал из холодильника завалявшийся там сыр, отрезал края — нормальный сыр, ест. Дочка:
— Я вчера смотрела, у него давно закончился срок годности.
Папа:
— Я вчера его ел, видишь, живой.
Дочка:
— Надолго ли?


В гости к бабушке приехали. Бабушка у нас старая, пообещала дочке, что утром с собой на кладбище возьмёт. Рано утром, так спать охота. А Катюшка уже вошкается, собирается в дорогу. Через дремоту слышим, как та бабушку будит:
— Баб, а баб, тебе на кладбище уже не пора?..
Сон как рукой сняло.


Бабушка подвернула ногу, жалуется внучке. Та её успокаивает:
— Не волнуйся, бабушка. До смерти заживёт.


Артём (8 лет) спрашивает:
— А когда человек умирает, ему что, отрезают руки, ноги и голову?
— Почему?
— Ну, в фильме говорят: привезли тело


Малый (4 года 11 месяцев) выбрал в магазине игрушку (вместо обещанного робота — набор машинок). Смотрит и облизывается:
— Мам, а можно эту?
Посмотрела по деньгам — разница в три копейки…
— Ну, ладно. Берём.
Гордый и радостный ребёнок тащит набор (идет впереди меня) и на весь магазин:
— Спасибо, мама! За это я буду помогать тебе вечно!
— Что-что? — сначала думала, что ослышалась.
— Буду помогать тебе всю жизнь!!!
— Что-что? — это меня уже порадовало, так приятно, что захотелось ещё раз услышать.
Малый разворачивается и заявляет:
— Что-что, что-что… Помогать буду… пока не умрёшь!


На горке две девчушки (лет по 5-6) в процессе игры ссорятся:
— Давай, как будто я в тюрьме и умерла.
Вторая:
— Нет!!! Это я хотела быть в тюрьме, заболеть и умереть!!!
— Ну, давай умрём вместе…
— Нет! Так не бывает (и правда, кто ж тогда рыдать над бездыханным телом будет).
Мой, как истинный джентльмен, вступает в спор с примиряющим предложением:
— Давайте я вас просто убью.


Маша (4 года 7 месяцев) сильно просит котика:
— Мама, а давай купим котика, он такой хорошенький.
— Нет, Машенька, нельзя. У нас же есть хомячок и рыбки. Котик может их скушать.
Так задумчиво:
— Мама, а когда хомячок и рыбки умрут, мы купим котика?
Добрая девочка.


Дианка (4 года) наблюдая за только что отобедавшей рыбкой, плавающей с круглой пузякой:
— Мама, а когда рыбка взорвётся?!


Муж чинит диван и скобкой продевает палец… Кровищи было…
Я побежала за медикаментами. Сын (3 года) трагическим голосом:
— Ну вот и всё, папа, тебе пришёл конец!!!


Едем на машине, сын (7 лет) замечает впереди «лежачего полицейского»:
— Папа, осторожно, труп милиционера на дороге!


Едем через село вдоль кладбища, там везде свежие цветы… Дочка (9 лет) заинтересованно спрашивает:
— Мама, а что это?
— Кладбище.
— Празднично у них тут как-то… красочно…


Сын (7 лет) занимается хоккеем. Обсуждаем самые травматичные случаи из жизни хоккеистов.
Я рассказываю:
— Был случай, когда на игре один игрок не удержал равновесие, сильно поднял ногу и коньком перерезал горло другому игроку. Травма была очень тяжёлая, так как была задета сонная артерия.
Cын:
— Да-а, жестоко! И что, тот хоккеист спать потом не мог?


Муж принёс с работы два пирожка:
— Это вам от белочки, — ласково-заботливо произнёс он.
Я, улыбаясь, спрашиваю у Максимки:
— Максим, ты веришь?
Максимка, не отвлекаясь от своих дел:
— Угу, убили белочку, испекли пирог.


Чёрный юмор. Были в деревне у бабушки. Скоро проводы. Бабушка пошла на кладбище поубирать дюжину могилок родственников, а в деревне, как известно, половина населения с одинаковыми фамилиями. Ребёнок идёт по кладбищу и читает:
— Хоменко… Хоменко… Хоменко… Бабушка! А я, когда умру, я тоже буду Хоменко?


В садике нянечка поругала Катюшу (4 года) за то, что долго кушает. Катя ответила длинной тирадой с возмущением:
— Почему в садике такие плохие бабушки, кричат на деток? На деток нельзя кричать, а то детки обидятся, заболеют и поумирают и потом люди кончатся.


Ехали как-то с детьми в маршрутке и ничего не предвещало того, что моя десятилетняя дочь «тихо» спросит у сидящий рядом девушки:
— А хочешь я убью соседей, что мешают спать?
Народ долго оглядывался…


Пришли с сыном в гости к моей сестре. У неё два сына. Мой Сашок разыгрался с малышнёй, и вот они все трое подбегают ко мне и все лезут на руки. Говорю племяннику:
— Даня, я не могу вас всех взять на руки сейчас. Я подержу Сашу и Матвейку, а потом тебя.
— Ну почему?
— Ну как? Вас трое, а руки у меня две.
Но малец не сдался:
— А давай, мы тебе третью руку пришьём от маминой старой куклы?
— Но мне же будет больно.
— Ничего, я тебя молоточком по голове дам — это наркоз.
Добрый племяш у меня, однако.


Ване подарили часы. Долго смотрит на них, вздыхает:
— Да, мам… моё время только начинается… А твоё — уже заканчивается!


К старшему сыну (11 лет) пришёл приятель Саша, ровесник. Играют втроём, с младшим. В какой-то момент мои дети не обращают на Сашу внимания. Тот ложится на диван и заявляет:
— Ну вот, на меня никто внимания не обращает, а я, между прочим, умер!
— Умер? А чего ж ты тогда лежишь и улыбаешься?
— А я умер в хорошем настроении!


Ладушка (4 года):
— Это кладбище. Здесь хранятся некоторые люди.


На плите кипят две кастрюли — в одной варится мясо для собак, в другой ужин для семьи. Прибегают дети, заглядывают в кастрюли и кричат:
— Мам, в какой кастрюле мясо собачье, а в какой человеческое?
Да, хорошо, никто посторонний не слышал. Семейка каннибалов…


Около подъезда:
— Ник, смотри, дохлая мышь.
— Где? Ух ты…
— Ладно, идём. Фу!
— А можно я поем и выйду на улицу? Хочу любоваться.


Я работаю в больнице. В соседнем с нами отделении намечен капитальный ремонт, который ещё не начали, но больных уже отселили. В палатах остались стоять только железные кровати с матрасами.
Заходим с сыном ко мне на работу. Я его оставляю в коридоре, сама иду в ординаторскую. Возвращаюсь через несколько минут. За это время деть пробежался по коридору и заглянул во все пустые палаты. Смотрит на меня испуганно и спрашивает шёпотом:
— Они что, здесь все умерли?!


Любая простуда у Глеба (4 года) сопровождается очень высокой температурой, которая, впрочем, достаточно эффективно сбивается сиропами или свечками.
В этот раз у Глеба ангина, ни свечки, ни нурафены не помогают: очередной замер температуры 39,6… Встревоженная мама сидит возле сына не зная, что ещё предпринять.
Глебик же реагирует на всё совершенно спокойно:
— Ну что ж, видимо, в этот раз я точно умру!


Впервые повезла сына на поезде, когда ему было 4 года. Парень он общительный и, вдобавок оказался единственным ребёнком в вагоне, что умиляло взрослых. Вобщем «друзей» оказалось предостаточно. Мой любитель порисовать, но совершенно не умеющий этого делать, до сих пор кстати, выводит на альбомном листе что-то похожее на солнце или типа того. На него обращают внимание соседи из купе и, естественно интересуются:
— Тёмочка, как красиво, это что солнышко?
Тёма в полном недоумении:
— Нет, это лужа крови…


Семилетняя дочка, мечтательно:
— Я, когда пила томатный сок, представляла, что это кровь зомби…


Категорически отказываясь мыть уши, шестилетний ребёнок привёл аргумент, который мама не смогла опровергнуть:
— А вот у нас в соседнем подъезде жила тётенька, она каждый день мыла уши — и умерла!


Проезжаем мимо кладбища. Сын (4 года) интересуется:
— А что там?
Ему объясняют:
— Когда люди умирают, их там хоронят.
Сын:
— Как это?
— Закапывают.
— А зачем они туда пошли, если знали, что их там закопают?


Доча (3 года) рассказывает сказку про Колобка. Я:
— Что волк Колобку сказал?
Амелия:
— Волк его съел.
— Разве волк съел Колобка?!
— Да! И заяц…
— Вдвоём съели?
— Да… он его бил, бил…
Я офигеваю:
— Кто?
— Волк! Ногами.
— Волк побил Колобка?!
— Да. И заяц… лопатой.
Вот такая вот интерпретация… Уж и не знаю, чем навеяло.


Дочка (2 года) постоянно норовит проскочить на балкон. Я не разрешаю, он у нас не застеклён, 3 этаж. Сын (3 года 7 месяцев) как-то заметил, что она вышла и кричит ей:
— Ладка, свалишься с балкона, домой не приходи!..


Антон (7 лет):
— Мам, а почему называется «Площадь Восстания»?
Я начинаю ему рассказывать про революции и так далее.
Антон:
— А-а-а… а я думал, что много миллионов лет назад там было кладбище, а потом пришёл человек, который заставил их всех встать…


Сын (12 лет) спрашивает у меня о сюжете одной истории. Я ему рассказываю. Он спрашивает:
— Чем всё закончилось.
— Ничем хорошим.
— То есть все дружно отправились на тот свет? — и после паузы добавляет: — Главные герои, режиссёр и сценаристы?..


Бабушка пытается накормить Оксану (3 года). Дед советует бабушке:
— Брось. Это дохлый номер.
Оксана:
— Я не умерла!!!


Сидим с Андрюшей утром на диване. Наша кошка в другом конце комнаты шкодит — когти точит. И так лень встать и дать ей по шее. Говорю:
— Блин, чем бы в неё таким швырнуть, чтоб она прекратила?
Андрюша:
— Да, чем-то железным!


Лежу с температурой 37,4. Малый подходит ко мне:
— Мамочка, давай, поиграем в пиратов.
— Лёнечка, мне очень плохо, я умираю, оставь меня в покое.
Ушёл, приходит с игрушками и картинками. Обложил меня всем принесённым добром.
— Мамочка, приятного тебе умирания, помни меня.


Ложимся спать. Сынок (4 года) обнимает меня и говорит:
— Мамочка, я тебя так люблю! Ты такая хорошая, что даже убивать жалко!
Видимо, это был комплимент…


Вихраська (7 лет):
— Мама! Мама! Ты придёшь к нам завтра на праздник в школу?
— А что такое?
— Пушкин умер! Нам сказали всем прийти в парадной форме.


Дочка была у моей мамы, мама звонила своим родителям. Правнучка также с ними разговаривала. Спрашиваю:
— Ты разговаривала тоже?
— Да.
— И что, как они?
— Да всё нормально, живые!!!


Праздничный ужин. Вся родня за столом. Все смеются, разговаривают, пьют, веселятся. И тут малая заявляет:
— Ой, а можно я тост скажу?
— Можно, доченька.
— Тогда давайте выпьем за мой садик. Чтобы он процветал.
Все конечно согласились. И уже готовятся чокаться, но тут малая заканкивает:
Не чокаясь


Пришёл к Максимке друг (7 лет). Рассказывает, что у него день рождения в апреле, и он собирается Макса пригласить. Максим тут же интересуется у меня можно ли будет ему пойти. Отвечаю:
— Наверное. Посмотрим. До апреля дожить надо.
Друг тут же объясняет Максиму:
— Да, дожить ещё надо. В жизни всяко бывает. Можно задохнуться, cердце может остановиться, а можешь побежать так быстро, что голова отвалится!


— Бабушка, а где твоя мама?
— Она на небе у Бога.
— А ты когда к ней собираешься?


Старший сын (5 лет) на дне рождения у прабабушки. А она у нас жаловаться любит на всё, а особенно — на здоровье. Звучит тост, а она заводит пластинку:
— Вот не доживу, наверное, до следующего дня рождения, помру…
Сын слушал, слушал и выдал:
— Ба, ну ты только обещаешь и обещаешь…

Комментарии (0) Вконтакте (0) facebook ()

Комментарии (0)

RSS свернуть / развернуть
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.

Наверх